Ясность

По окончании слишком многих совещаний остается чувство, что их участники имеют лишь смутное пред­ставление о том, что решили делать. Но без четкого решения о том, нужен ли следующий шаг, а тем более о том, каков этот шаг и кто за него отвечает, масса рути­ны чаще всего так и остается висеть в воздухе.

Меня часто просят помочь на совещаниях. Я на собс­твенном опыте убедился, что, независимо от того, на ка­ком этапе происходит обсуждение задачи, за двадцать минут до истечения времени совещания мне приходит­ся проталкивать вопрос: "Итак, каков следующий шаг?" Как показывает практика, обычно для нахождения от-

вета нужно около двадцати минут разъяснений (а за­частую и жарких дебатов).

Вопрос отражает радикальный здравый смысл: ра­дикальный, потому что он часто провоцирует обсуж­дение на более глубоком уровне: "Мы серьезно настро­ены на это? Понимаем ли мы на самом деле, о чем идет речь? Готовы ли мы выделить на этот проект драгоцен­ное время и ресурсы?" Очень просто обойти стороной эти целенаправленные вопросы. Только плодотворный поиск решения о дальнейших шагах не позволяет пере­численным аспектам снова превратиться в бесформен­ную рутину. Часто, чтобы исчерпать избранную тему, необходимы дальнейшие обсуждения, исследования, анализ и дискуссии. В наши дни мир слишком непред­сказуем, чтобы строить предположения о результатах: нам нужно взять на себя ответственность за внесение ясности в дела.

Одними разговорами рис не приготовишь.

Джордж Ф. Норденхольт

Пункты вашего списка либо кажутся вам привлека­тельными, либо вызывают отвращение: промежуточ­ного состояния не существует. Вам хочется либо за­вершить задачу, либо вообще не думать о том, что она собой представляет, и ни при каких обстоятельствах не приступать к ее решению. Часто единственным разли­чием между двумя крайностями является отсутствие решения о дальнейших действиях.

Все, что находится в ваших списках и стопках, либо привле-кает вас, либо вызывает отвращение – когда дело доходит до "рутины", промежуточного состояния не существует.

Работая с людьми, которые слушали мои семинары или проходили подготовку с моими коллегами, я обна­ружил, что один из недостатков, не позволяющих им удержаться в седле, состоит в том, что они превращают свои списки дальнейших действий в списки задач или подпроектов, вместо того, чтобы ограничиваться конк­ретными шагами. Они все равно опережают большинст­во людей по темпам работы только потому, что записы­вают напоминания, но часто застревают на месте и меш­кают с делами, поскольку вносят в списки такие пункты, как: "Встреча с оргкомитетом банкета", "День рождения Джонни", "Приемная", "Презентация слайдов".

Иными словами, дела снова становятся бесформен­ными, рутинными, а не остаются на уровне действий. По перечисленным пунктам не намечено четких даль­нейших действий, и тот, кто заполняет список подоб­ными заданиями, постоянно перегружает свое сознание при каждом взгляде на него.

Это можно назвать дополнительной работой? Яв­ляется ли определение дальнейших шагов по каждой проблеме дополнительным усилием, которого можно не прилагать? Конечно, нет. Например, если вам нужно починить автомобиль, то в определенный момент вам все равно придется определять дальнейшие действия. Проблема в том, что большинство людей тянут до по­следнего момента, когда первоочередным шагом являет­ся "Позвонить в автоклуб, чтобы они прислали тягач!"

Вы можете справиться с делами по очереди, но вам не под силу решать проблемы оптом.

Выбор возможных активных действий

А теперь нам предстоит ответить на следующий воп­рос: "Каковы дальнейшие действия?"

Чтобы ответить на этот вопрос, предлагаю вернуть­ся к списку, куда вы поместили мысленный материал (см. главу 5). Или, по крайней мере, подумать обо всех проектах, которые могут занимать ваши мысли. У вас не возникает ощущения, что их осуществление продви­гается не так уверенно и не так эффективно, как могло бы? Вполне вероятно, что это так: несколько проектов немного застряли на месте.

Если бы вы не знали наверняка, что вам действи­тельно необходимо первым делом позвонить кому-то, отправить электронное сообщение, просмотреть какие-то материалы или купить что-то в магазине, то не вы­полнили бы этих действий. Самое смешное, что на опре­деление первого шага практически по каждому пункту списка вам понадобилось бы всего лишь около десяти секунд. Но именно эти десять секунд размышлений и есть та процедура, которую основная масса людей не проделывает с большинством пунктов списка.

Например, в списке моего клиента может оказаться такой пункт, как "шины".

Я спрашиваю: "Что имеется в виду?"

Он отвечает: "Ну, мне нужно поменять шины на ав­томобиле".

"Так каким будет ваш первый шаг?"

На этом этапе клиент обычно морщит лоб, думает пару секунд и приходит к заключению: "Ну, наверное, надо позвонить в магазин автозапчастей и узнать рас­ценки".

Примерно столько времени нужно, чтобы решить, каково первоочередное действие практически по каж­дому пункту. Всего лишь несколько секунд сосредото­ченных рассуждений, которые большинство людей еще не проделали с основной массой материала.

Также, вероятнее всего, можно утверждать, что чело­век, который хочет поставить новые шины на свой авто­мобиль, уже достаточно давно озабочен этой проблемой. И, вероятно, он уже не раз находился у телефона и имел в своем распоряжении достаточно времени и/или сил для того, чтобы сделать необходимый звонок. Почему же он так и не позвонил? Потому что последнее, чем ему хотелось заняться в тот момент, был пересмотр всех проектов, включая замену шин, и определение дальней­ших действий по этому поводу. Проще говоря, он вооб­ще не был настроен на размышления.

Ему нужно было заранее определить требуемые действия. Если они уже определены, то, когда у него появится пятнадцать свободных минут перед началом совещания, а запас энергии по десятибалльной шкале будет равен 4,2, он сможет взглянуть на список возмож­ных вариантов и с радостью увидеть в нем пункт "По­звонить в магазин запчастей и узнать расценки". "Эту задачу я могу с успехом выполнить", – подумает он, и у него появится реальный мотив для того, чтобы позво­нить и затем ощутить вкус победы после завершения полезного дела при текущем запасе времени и энергии. При данных обстоятельствах он не может начать подго­товку черновика серьезного договора с клиентом, но ре­сурсы позволяют ему набрать номер и быстро получить полезную информацию. Вполне вероятно, что в скором

времени он, взглянув на новые шины своего автомоби­ля, почувствует прилив гордости.

Определение содержания конкретных действий на самом приземленном уровне и упорядочение надеж­ных вешек-напоминаний о них являются ключевыми средствами повышения производительности.

Секрет завоевания преимущества состоит в том, чтобы начать. Секрет успешного начала – в том, чтобы разбить сложные непосильные проблемы на маленькие выполнимые задания и начать с самого первого из них.

Важность определения дальнейших действий

Моя индивидуальная задача – координировать ту ста­дию мыслительного процесса, на которой ставится воп­рос "Каковы дальнейшие действия?" В мечтах я вижу мир, где ни одна встреча, ни одна дискуссия и ни один сеанс общения не заканчивается, пока не будет четко ре­шено, нужны ли какие-то конкретные шаги и, если это так, то какие шаги необходимы или, по крайней мере, кто за них отвечает. Я вижу организации, внедряющие стандарт, согласно которому все, что оказывается на учас-тке каждого сотрудника, анализируется с точки зрения необходимости принятия активных мер и соответству­ющие решения обрабатываются надлежащим образом. Представьте себе, что можете свободно сосредоточиться на более серьезных проблемах и возможностях.

За годы работы я наблюдал небывалые сдвиги в рабо­те и производительности тех организаций, где индиви­дуумы и группы постоянно задавали ключевой вопрос: "Каков следующий шаг?" Каким бы простым ни казал­ся нам вопрос, его редко можно увидеть на надлежащем месте в системе организационных приоритетов.

Когда вопрос "Каков следующий шаг?" внедряется в орга-низационную культуру на базовом уровне, автоматически повышается эффективность работы, производительность, задачи становятся яснее и позволяют лучше сосредоточить внимание.

Одна из наиболее серьезных проблем, с которой вы можете столкнуться, когда привыкнете задавать этот

вопрос самому себе и окружающим, состоит в том, что общение с людьми, не сознающими его важности, может вас сильно разозлить. Он настолько быстро проясняет ситуацию, что работа с людьми и организационными средами, которые не внедрили его в свою деятельность, может показаться ночными кошмаром.

Все мы обязаны решать, каких результатов хотим до­стичь (если вообще есть такая необходимость) самосто­ятельно и в ходе общения с другими. И в какой-то мо­мент нам приходится определять следующее физичес­кое действие в рамках достижения любого результата, в котором мы заинтересованы. Но существует огромная разница между принятием такого решения в момент возникновения проблемы и определением первоочеред­ных шагов, когда ситуация становится взрывоопасной.

Вычерпывание воды из лодки отнимает силы, которые нужны для гребли

Я должен быть уверен в том, что любая просьба или актуальная информация, которую я записываю на авто­ответчике, пересылаю по электронной почте, довожу до сведения собеседника или выписываю на листе бумаги, попадет в систему другого человека, будет обработана, отсортирована и доступна для обращения в качестве ва­рианта дальнейших действий. Если получатель обраба­тывает только голосовые сообщения, а не электронную почту или записки на бумаге, то я вынужден ограни­чиваться только его или ее любимым носителем. Такое поведение недопустимо для организации, которая забо­тится о том, чтобы ее деятельность характеризовалась минимальными затратами.

Если нужны перемены, то вам понадобится уверен­ность в том, что необходимые инициативы найдут над­лежащую поддержку. Качество любой замкнутой сис­темы будет определяться качеством ее самого слабого звена, часто ахиллесовой пятой организации является вялая реакция руководящего лица на инициативы, ко­торые рождаются в системе.

Я замечаю подобные явления особенно часто, когда работаю в организациях, где корзины входящих мате­риалов либо вообще отсутствуют, либо переполнены и долго стоят необработанными. Такие корпоративные структуры часто страдают от прерываний, поскольку нельзя положиться на объявления, помещенные в сис­тему.

Если корпоративная культура предполагает наличие надежных систем, где все прослеживается до уровня от­дельных документов, в ней сразу чувствуется ясность. Все операции в системе выполняются на подсознатель­ном уровне и внимание каждого работника четко сфо­кусировано на проблемах. То же самое касается семей, создавших корзины для входящих материалов – роди­телей, детей, нянек, домовладельцев и всех остальных представителей постоянного круга общения членов се­мьи. Люди часто недоумевают, когда я говорю им, что мы с моей женой Кэтрин кладем разные вещи в корзи­ны друг к другу, даже когда расстояние между нами со­ставляет всего несколько футов; процедура кажется им холодной и механической. Кроме того, что подобные поступки являются проявлением вежливости, позво­ляющим не отрывать друг друга от текущей работы, такая практика укрепляет наши отношения и расши­ряет нашу свободу, поскольку механические действия выполняются в рамках системы, не отнимая внимания ни у кого из нас.

К сожалению, невозможно разработать законода­тельную базу для систем персональной организации. Каждый должен придумать собственный способ, кото­рый позволяет справляться с возникающими задачами. Впрочем, можно возложить на людей ответственность за результаты деятельности и за отслеживание и упо­рядочение всех возникающих дел. Также вы можете поделиться с ними информацией, которую почерпнули из этой книги. По крайней мере, в этом случае у них не будет оправдания, если они упустят что-то из виду.

Организации должны воспитывать культуру, допускающую, что каждому сотруднику положено сделать больше, чем он в состоянии сделать; допускается также пересмотр догово­ренностей о том, чего неделает каждый сотрудник.

Это не означает, что все должны делать все. Я наде­юсь, что описал модель, которую можно внедрить в на­шем сравнительно новом информационном обществе: она предоставляет каждому возможность для выполне­ния намного больших объемов работы, чем он или она способны выполнить. Важнейшей задачей будет отладка процесса постоянного пересмотра обязанностей всех за­интересованных лиц, чтобы никто не переживал о том, что чего-то не делает. Таков реальный интеллектуаль­ный труд на более сложном уровне. Но на этот уровень нет доступа тому, кто не располагает действенной "пу­ленепробиваемой" системой сбора сведений. Помните, вы не сможете пересмотреть соглашение с самим собой, о заключении которого вы не в состоянии вспомнить. И конечно же, вы не можете пересматривать договорен­ности с другими людьми, если их нить утрачена.

Когда группы людей поголовно внедряют требова­ние сбора ста процентов информации, они могут смело отправляться в плавание. Это не значит, что они плывут вправильном направлении или сели на нужный корабль. Это лишь означает, что корабль, на который они сели, плывет в выбранном направлении на всех парусах.